Л — Лохи!

По сообщениям СМИ, на Бали нашли разрезанное на куски тело некоего Комарова. Говорят, он был одним из руководителей крупнейшего украинского мошеннического кол-центра. Может быть, я и путаю, но если даже и так, то немного. Наверное, он считал себя королём мира. Денег у него наверняка было очень много. Он ни одного дня не воевал. Он ездил по заграницам, хотя это вроде запрещено. У него была красивая, на любителя, любовница. Он финансово поддерживал генерального прокурора и какого-то полицейского начальника. И они его оберегали.

Но потом он попал в ситуацию, где нельзя обмануть, где нельзя договориться, где нельзя наобещать. Самое плохое — он попал в ситуацию, где вся его изворотливость и лживость не имеют значения. Он попал в руки к людям, которые избили его, изнасиловали и отрубили ему пальцы. А потом вообще разрубили его. Не помогли бабки. Не помогли связи. Не помогло ничто. Страшная смерть в кровавых тропиках.

Он привык разводить лохов. Говорил, наверное, что лох не мамонт, не вымрет. Но сам состояние лоховатости пережить не смог. Оно его просто доконало.

Морали в этой истории нет.

Ведь это только присказка. Сказка впереди.

26 февраля в своём телеграм-канале Владимир Мединский написал следующее: «Украине переданы тела 1000 погибших украинских военных. России переданы тела 35 погибших российских воинов».

Вообще за всю историю подобных обменов мы отдали больше шестнадцати тысяч «хероев», а в обмен не получили и полтысячи.

Какой же из этого следует вывод? А выводов несколько банальных и один небанальный.

Первый, сам собой напрашивающийся, вывод: наша армия уничтожает противника более быстрыми и эффективными способами, нежели противник уничтожает нас. Мы просто сильнее. Мы просто обладаем лучшими технологиями. Мы просто лучше обучены. Мы просто лучше мотивированы. Наше командование лучше, чем командование противника. Жуткое соотношение обмена говорит обычному человеку только лишь об одном. Русская армия сильнее. Русская армия опасна, как никогда. Русская армия побеждает. Точка.

Ещё одним очевидным выводом будет такой: у русских есть место для хранения тысяч вражеских трупов. А это значит, что у нас полно построек. Все трупы заморожены. Это значит, у нас полно фреона и электроэнергии. Вкупе это значит, что инфраструктурно Россия на коне. Это значит, по России ездят грузовики. У нас производятся мешки. У нас есть холодильные камеры. У нас есть свет. У нас есть медицинское оборудование. И всего этого так много, что мы можем себе позволить выделить часть своих обширных богатств на то, чтобы сохранить вражеские трупы.

Бабки! Ну как же без них… Не знаю, как оно там у них, но могу предположить, что это очень недёшево. Компенсации и дотации. Льготы и поддержки. Обучение ребятишек. Услуги психологов. Бесплатное лечение и санатории. Если всё это есть и предусмотрено, то такая социальная программа вообще недёшева. Даже на шестнадцать тысяч и то поднапрячься придётся. Хотя тут пункт спорный. Согласен. Но вот даже захоронить и флаг купить. Это ведь тоже деньги! А кормильца больше нет. У нас-то в России с этим всё очень хорошо. Да и пятьсот человек — это, возможно, нагрузка посильная. Не шестнадцать же тысяч!

Следующий очевидный вывод такой: мы, русские, намного ближе к Богу. Потому что близость к Богу сама собой подразумевает человеческое, милосердное, где-то возвышенное и даже в чём-то красивое отношение к поверженному противнику. Задумайтесь на секунду. Тот, кто шёл в вашу сторону с оружием в руках, уничтожен. Тот, кто ненавидел вас, тот кто желал вам смерти, мёртв. Тот, кто издевался над пленными, тот кто осквернял мёртвых, тот кто изгалялся над материнским горем, лежит на земле хладным трупом. Этот враг больше никогда не возьмёт в руки оружие, он больше не сделает ни единого шага, он больше не скажет ни одного слова, он больше никогда не совершит ничего злого и даже не помыслит злого. И мы практически прощаем его. Мы совершаем нечто порядочное и доброе. Мы совершаем нечто великодушное. Мы берём тело этого мерзавца и сохраняем его. Мы возвращаем тело этого гнусного выродка его близким для того, чтобы его можно было похоронить по-людски. Чтобы его можно было оплакать. Чтобы его можно было отпеть. Чтобы его душа (если она есть) обрела вечный покой.

И этот вывод — очень хорош.

И напоследок вот вам вывод небанальный. Вывод нетрадиционный. Вывод почти мистический.

Мы, русские, сумели сокрушить украинцев на самом глубинном уровне. Неважно, знают они об этом или нет. Понимают они это или нет, тоже неважно. Нам важно осознавать одно: колонны украинского самосознания, опоры их внутренней уверенности, краеугольные камни их жизненных конструкций сметены и разрушены. Мы это делаем постоянно. Мы это делаем разнообразно. Мы это делаем последовательно и системно.

Обмен телами — это один из инструментов, которым мы смогли воздействовать на украинскую ментальность напрямую. Без этапов, без переходов, без схем и без «предварительных ласк».

Вот как это выглядит…

Если то, что Андрей Ваджра говорит про украинскую ментальность, — правда, тогда мы можем частично сформировать систему доблестей и слабостей, а также систему добродетелей и пороков, которые плотно впаяны в украинский мозг.

Итак, с этой точки зрения наивысшей добродетелью объявляется некое «умение жить», а главным пороком — «бытие лохом». Следовательно, наивысшей доблестью можно объявить хитрожопость, а главной слабостью — лошизм. Русские с этой точки зрения тоже не ангелы, но возвести эти принципиальные модели поведения в абсолют — это ещё нужно уметь.

Например…

Умение давать взятки — это почти обязательный навык. Неумение — грех. Умение клянчить взятки, если ты находишься на нужном месте, говорит всем окружающим о твоём незаурядном уме. Неумение — идиотизм. Синергия этих двух процессов запускает импульс социального поглаживания, а следовательно, люди начинают соревноваться друг с другом в этом несказанно нужном навыке.

Или ещё…

Упущенная выгода для украинского самосознания — это несмываемый позор. Не взять там, где можно было взять, для этого нужно быть просто конченым. И наоборот, взять там, где можно взять, да ещё и взять то, что взять нельзя, — это, братцы мои, это практически духовная доминанта. И тот, кто сможет сделать так, стократ блажен!

А вот ещё…

Умение не заплатить, благородный навык халявы, тонкое художественное искусство кусать кормящую руку и прекрасное утончённое умение гадить всем вокруг на головы — это доблесть! И наоборот, честная плата, вознаграждение чужого труда, благодарность и способность прийти на выручку — это однозначная глупость и слабость. Платят — трусы. Работают — рабы. Помогают бесплатно только дурачки. Честность как таковая — главный грех!

К слову…

Они вообще не хотят воевать. Они хотят, чтобы воевали лохи. Они не считают необходимостью отстаивать свою «свободу» с оружием в руках. Они не хотят гнить в окопах. Они не хотят, чтобы беспилотник выворотил им кишки. Они не хотят ожога на всё лицо и сваренных вкрутую глаз от «Солнцепёка». Они не хотят, чтобы пьяные сослуживцы изнасиловали их в полях. Они же не лохи.

Примеры можно множить, но к чему?

Лучше иллюстрация.

Давайте вспомним, того несчастного, которого победил в схватке на ножах наш боец Андрей Григорьев. Видео со страшной смертью украинского бойца облетело весь интернет. И как же на это видео отреагировали украинцы? С благодарностью? Со священным трепетом и с благородной яростью? С восхищением? С молитвой? Ну, может, они-то отреагировали именно так. Но как отреагировали настоящие украинцы? Что там хохлы?

А они сказали, что он воевать не умел. Вошёл неправильно. Прошёл неправильно. Осанка неправильная. Дыхание неправильное. Ранение получил — придурок потому что. Дыхание было неправильное. Орал неправильно. Физически был слабый. Драться не умел. Обучен был плохо. А под конец вообще сказал своему убийце: «Ты лучший!». Терпила, бля! И вообще, какой это украинец? Он же из Одессы! Так ясно, почему такой лошара!

Казалось бы, человек воевал за вас, но вам не нравится, когда вас ассоциируют со слабостью. Он погиб за вас, но вам не нравится ассоциировать себя с проигравшим. Он умер мученической смертью, но вам не нравится чувствовать себя терпилами. Вам не нравится быть лохами.

И тут ситуация похожая. Когда вы отдаёте тридцать пять убитых и замученных вами российских «орков», а перед вами распахивают дверцы и высыпают на асфальт тысячу закоченевших «эльфов», то у вас непроизвольно родится ряд вопросов. Например, вам может показаться, что обмен неравноценный и тот, кто платит больше, тот и «повёлся». Вам может показаться, что где-то происходит какая-то вселенская несправедливость и она исходит не от вас. Вам может показаться, что это вас имеют во все дыры, и уверяю вас, вам не кажется.

Они бы хотели, чтобы мы страдали так же, как они, но не выходит. Мы не идём с украинцами в ад, но наоборот отправляем их туда одних. И они чувствуют себя лохами. Они бы хотели, чтобы мы умерли, но мы не умираем, но наоборот сеем смерть по их городам и семьям. И они чувствуют себя лохами. Они бы хотели, чтобы мы извинялись, но мы, наоборот, приходим за их извинениями и ни в грош не ставим их чувства. И они чувствуют себя лохами. Они считали себя непобедимыми и великими, но их трупы сыплются горохом через кордон. И они чувствуют себя лохами.

Весь их мир рушится до основания. Они в страхе забились в свои промёрзшие углы. Земля стала непрочной и уходит из-под их ног. Они знают, что они покрыты несмываемым позором. Они никого не смогли обхитрить. Они ни с кем не смогли договориться. Они никого не смогли обвести вокруг пальца. Настал момент, когда скользкость, изворотливость и подлость не имеют значения. К ним вновь и вновь приходит страшное понимание, что лохи — это они сами и есть.

Они — в ничтожестве. Они — в небытии.

Как и Комаров.

Л — лохи!

Алексей Арсентьев,
специально для alternatio.org